Встреча с ветераном. В биограф...

Встреча с ветераном. В биографии страны – наша биография. 29 СЕНТЯБРЯ 1977 ГОДА К 60-летию ВЕЛИКОГО ОКТЯБРЯ В один из осенних дней к деповскому обелиску подошел пожилой человек. Его плотную фигуру облегал темный плащ, а из-под кепки выбивались негустые, схваченные сединой волосы. Он стоял неподвижно. А через несколько минут он уже сидел в кабинете секретаря парткома локомотивного депо Ю. А. Немцова. Это был Павел Григорьевич Котов, один из старейших работников депо, машинист, тридцать лет простоявший за реверсом паровоза, кавалер ордена Ленина и многих наград. Он приехал из Серпухова, где сейчас живет, навестить своих сестер, повидать товарищей по работе, посмотреть на жизнь родного городка. — Юрий Алексеевич, - обратился П. Г. Котов к секретарю парткома, - среди погибших в годы войны работников депо на мемориальной доске обелиска нет фамилии моего кочегара Николая Шушакова. Нужно обязательно дописать. Он погиб 2 сентября 1941 года. Это был первый налет вражеской авиации на станцию Кемь. Бомба угодила прямо в тендер нашего паровоза. Меня тогда тоже сильно стукнуло, два месяца лечился в госпитале. Ю. А. Немцов поблагодарил ветерана за доброе дело, пожелал ему крепкого здоровья. Встретиться и поговорить с П. Г. Котовым мне удалось не сразу. Старшая сестра Е. Г. Кокина приболела, и гость по-братски хлопотал возле нее: колол дрова, носил воду, ходил по магазинам. Квартира у нее холодная, сырая. Обидно, что производство, которому она отдала сорок лет своей жизни, проводив на пенсию, забыло о ее существовании. А каково жить в таких условиях, если идет уже на восьмой десяток! Родился П. Г. Котов в 1906 году в Костромской области, в деревне Малое Подлужье, в семье крестьянина-батрака. Отца помнит плохо: весь израненный вернулся он с первой мировой войны и сразу умер. У матери осталось на руках шестеро детей. Голод заставил тронуться с места, решили ехать в далекую Сибирь. В селе Горюново Тобольской губернии работа нашлась для всех. Дочерей взяли в домработницы, а десятилетнего Пашку пристроили в доме золотоискателя Трубина. Когда началась гражданская война, жители Горюнова хватили лиха. Село занимали то белые, то красные. И только староста оставался на своем месте. Каждое утро он ходил по дворам и собирал лошадей в обозы. Если в селе «гостил» Колчак, в двухэтажном доме Трубиных гуляли офицеры. Жена хозяина знала иностранные языки. Часто на огонек заходил и сам адмирал. Обычно в обоз Трубин посылал Павла, снаряжал ему пару лошадей. Но однажды на переправе во время перестрелки одну из них убило. Чтобы хозяин не упек возницу за это, военные написали справку, что лошадь у Котова Павла действительно убило снарядом. Но когда он вернулся в село, там уже прочно утвердилась Советская власть, белые банды Колчака были разбиты, а хозяева сбежали за границу. Комитет бедноты, созданный в Горюново, выделил многодетной семье Котовых ссуду для возвращения на родину. Согласно справке, которую Павел сохранил, им выдали и лошадь. В Костромской области в двадцатые годы пришлось добираться до Петрограда. Время было трудное, но матери удалось самых младших устроить в приют. Павлу не понравилось там, и он сбежал. С большим трудом приняли его на металлический завод: выручила находчивость, прибавил себе два года. Работал старательно, вступил в комсомол. В 1923 году по призыву ВЛКСМ Павел Котов с группой молодежи приехал в Кемь осваивать Мурманскую железную дорогу. Здесь уже работала его старшая сестра Дуся с мужем стрелочницей в депо. Еще в строительных лесах стояли бетонные корпуса нового паровозного депо, но в цехах уже кипела работа. Павла и Александра Спиридонова определили в цех подъемки к мастеру Пикульскому. Работали ребята хорошо, но в цехе было для них тесновато, хотелось простора, ветра в лицо. И вскоре их перевели на паровоз кочегарами. Зимой трудились в поте лица, а летом, когда Белое море освобождалось ото льда, железная дорога уступала инициативу морскому транспорту. Скорости на «Мурманке» тогда были маленькие, да и вес поезда совсем мизерный. Вот часть бригад и использовали на второстепенных работах: строили дома на улице Кирова, сажали деревья, в порту грузили пароходы лесоматериалом. Оставалось время и для учебы. Ни от какой работы не отказывался Павел, а выпадет свободное время - над технической книгой сидит, не оторвать. Радости было, когда получил свидетельство помощника! Но успокаиваться на достигнутом не думал. Мечта стать машинистом не оставляла его ни на минуту. А получить права управления паровозом в то время было не так-то просто. Для того чтобы называться машинистом, даже отличных знаний всех железнодорожных правил и инструкций было мало без наличия пятого слесарного разряда. А чтобы заработать его, требовалось не менее двух лет напряженного труда в цехе ремонта. Все это с лихвой преодолел Павел Котов и в 1931 году получил заветные права управления паровозом. Когда железнодорожникам Турксиба потребовалась помощь, из Кемского депо на своих паровозах отправились в дальний путь самые лучшие бригады во главе с машинистами Соколовым, Спиридоновым, Галешкиным, Щеголевым, Котовым. Там в труднейших погодных условиях кемляне показали, на что способны настоящие мастера своего дела. С музыкой и подарками провожал кемских паровозников Турксиб. Павел Григорьевич Котов привез домой новенький радиоприемник. Но самые суровые испытания выпали на долю паровозных бригад в годы Великой Отечественной войны. Первый налет на станцию Кемь принес горожанам много разрушений и горя. Много людей погибло. Крылатая смерть не щадила никого: прямым попаданием в тендер паровоза бомба накрыла и кочегара Николая Шушакова. Молоденький, двадцатилетний паренек погиб в рассвете сил, так и не успев стать помощником. Тяжело контузило и Павла Григорьевича. Позднее еще много раз «мессеры» гнались за его паровозом, будку машиниста сносило начисто, опрокидывало на бок. В Заливах, Куземе, Боярской до сих пор чернеют рядом с железной дорогой воронки, залитые водой. Фашисты целились в сердце машиниста, но промахнулись, лишь отметины на карельской земле оставили. Военная обстановка требовала от железнодорожников полной отдачи сил, железной дисциплины, бдительности, находчивости, самопожертвования. Многие паровозные бригады, подвергаясь в рейсе нападению с воздуха, совершали чудеса героизма. Бесстрашными виртуозами были машинисты И. П. Першукевич, В. Ф. Царев, А. А. Суслов, И. Б. Блажевич, П. М. Шанин, И. П. Галешкин и многие другие. Но не всем повезло в этой смертельной схватке с врагом. Не вернулся из рейса и ученик П. Г. Котова, первый в депо орденоносец — кавалер ордена «Знак Почета» машинист Василий Баранов. Он много лет работал с Павлом Григорьевичем в одном экипаже, был помощником машиниста. Погибли на своем посту машинисты Щеголев, Баженов и другие. В это грозное время П. Г. Котов становится членом ленинской партии. Он все свои силы отдает работе. А работать приходилось не считаясь со временем, порой по четверо суток проводили на паровозе, и только смертельно усталых их подменяли. Но на трудности никто не жаловался, все понимали, что идет война и иначе нельзя. На Масельгском направлении наши войска держали героическую оборону. Снабжение фронта живой силой и техникой было поручено паровозным бригадам депо Кемь. Но рейсы на передовую, к самой линии фронта доверяли только опытным и надежным. Один такой рейс запомнился П.Г. Котову особенно. Сопровождал их тогда машинист-инструктор Иван Васильевич Ромашов — человек рабочей закваски, справедливый, но крутой. - Павел, ты на всякий случай привяжи-ка рукоятку свистка к потолку, чтобы по привычке в пути следования не схватиться за нее, — наставлял он машиниста. Но П. Г. Котов только улыбнулся: — Да вы не беспокойтесь, Иван Васильевич, все будет хорошо, не впервой в самое логово путь держим. Дело в том, что на этом участке свистки давать запрещалось. Поезда ходили только ночью, паровозы были оборудовано, светомаскировкой, скорости ограничены. Любой шум вызывал у врага подозрение, и они открывали огонь по железной дороге. Ночь выдалась темной, и до конечного пункта станции Раменцы добрались благополучно. Пока воинский эшелон разгружался, обогнались и, подцепив порожняк, стали готовиться в обратную дорогу. Когда все было готово, дали «добро» к отправлению. И тут Павел Григорьевич оплошал, забыл, взял и потянул злополучную рукоятку свистка. Как гром среди ясного неба, рванул ночную тишину паровозный гудок. К счастью, противник не отреагировал на него, ни один выстрел не прозвучал с противной стороны. За такую оплошность машиниста строго наказывали, но «разгон» И. В. Ромашова был пострашнее любого приговора - до сих пор в голове держится. Выдержал П. Г. Котов все испытания, которые принесла с собой война. Еще более утвердился он как машинист грамотный, передо-вой. В 1945 году eмy доверили большое и важное дело, выдвинув заместителем начальника паровозной колонны. Все свои знания, опыт, энергию он отдавал людям, учил своих молодых товарищей умелому вождению поездов, экономии топлива. А когда контузия давала о себе знать, он на время оставлял реверс паровоза, был дежурным по депо или работал в маневровом движении. Почти сорок лет жизни отдано паровозному депо, более двадцати специальностей освоено за это время, обучено любимому делу не одно поколение молодых людей. Работать кочегаром с П. Г, Котовым довелось и мне. Честный, скромный труженик, настоящий воспитатель и отец, он запомнился на всю жизнь. Очень хочется, чтобы Павел Григорьевич знал, что его жизнь, его труд не прошли бесследно. Ветеранов помнят в депо, учатся у них и продолжают с честью их дело. Ю. ЗВЯГИН,

Пост опубликован: 04.04.2025 08:55:00
Количество просмотров: 535

Вмузей
YouTube-канал
Одноклассники
ВКонтакте
АИС "ЕДИНОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРОСТРАНСТВО В СФЕРЕ КУЛЬТУРЫ"